Звезды мировой архитектуры работают в Москве и не боятся санкций

Дизайнерские квартиры в Европе

Недвижимость во Франции

За последние лет пятнадцать Москва невероятно изменилась. И почти что всё это время гремят яростные споры о внешности Первопрестольной. Кто-то считает, что масса офисных, торговых объектов и обилие вызывающе дорогого жилья убили дух прежнего родного города. Кто-то категорически не приемлет велосипедные дорожки, смену транспортных маршрутов, расширение и замощение тротуаров. А кто-то полагает, что благодаря преобразованиям и новым интересным зданиям столица стала более удобной, современной и стильной.

Свою лепту в дело изменения столичного облика внесли зарубежные архитекторы, среди которых есть настоящие «мегазвезды». Они взошли над столицей в новом тысячелетии.«Какие-то контакты и совместные проекты с иностранцами стали появляться при признаках стабилизации в стране, начиная с двухтысячных», — замечает Александр Красавин, первый заместитель председателя правления корпорации «Баркли».

По просьбе портала «Индикаторы рынка недвижимости IRN.RU» эксперты вспомнили тех первопроходцев.

Заход в Москву

Первыми застройщиками, пригласившими иностранцев, стали компании Capital Group и «Крост», говорит Елена Земцова, управляющий партнер Delta estate. А первым архитектором новой эпохи стал голландец Эрик ван Эгераат. В 2001 году он спроектировал для Capital Group ЖК «Русский авангард» (в районе Третьяковской галереи), а в 2003-м – ЖК «Город столиц» (ММДЦ «Москва-Сити»). Но «Русский авангард» так и не построили, а «Город столиц» в ходе работы был сильно изменен, и в числе авторов проекта пресс-служба Capital Group называет бюро Skidmore, Owings & Merrill (SOM), прославившиеся проектированием многих небоскребов, в том числе самого высокого в мире дубайского «Бурдж Халифа». Другой известный голландец Рем Колхас был приглашен компанией «Крост» в проект Wellton Park (район Хорошево-Мневники).

В числе первых воплощенных в столице проектов – башня «Меркурий» в стиле постмодерн (девелопер – ГК «Меркурий Девелопмент») работы американца Фрэнка Вильямса и Михаила Посохина, ее строили с 2005-го по 2013 годы, — отмечает Екатерина Румянцева, председатель совета директоров Kalinka Group.

Башня «Меркурий» (Фотобанк Лори)

ЖК «Тверской плаза» в Весковском тупике, 3 построен девелопером «Элберт Лимитед». Архитектурная концепция разработана итальянцем Джулиано Моррети, интерьерная отделка также выполнена его дизайнерским бюро. По проекту Моретти построена и загородная резиденция «Жуковка Шале» (компания Knight Frank) на Рублево-Успенском шоссе, перечисляет Елена Земцова (Delta estate).

Москва и звезды-архитекторы притирались друг к другу с трудом: «в столе» остался проект Нормана Фостера башни «Россия» в ММДЦ «Москва-Сити». Не был согласован правительством Москвы проект кондоминиума Захи Хадид, — напоминает Екатерина Румянцева.

Однако после кризиса 2008 года зарубежные архитекторы стали чаще работать в Москве. На Западе кризис лишил их заказов, поэтому они были готовы предлагать более разумные расценки на свои услуги, отмечает Мария Литинецкая, управляющий партнер компании «Метриум», участник партнерской сети CBRE.

Так, Эйдан Поттер, глава британского бюро John McAslan+Partners (при участии российского бюро ADM) для компании AB Development сделал проект ЖК «Одиннадцать Станиславского» в Таганском районе.

Заха Хадид создала проект частного особняка Capital Hill Residence на Рублевке, напоминающий космический корабль. По проекту американского бюро NNBJ компания Сapital Group построила МФК «Легенда Цветного» в стиле хайтек.

МФК «Легенда Цветного» (Фотобанк Лори)

Среди других проектов Сapital Group – клубный дом Mon Cher на Большой Якиманке, где архитектором и декоратором выступил знаменитый французский дизайнер Жак Гранж. «Здание клубного дома на 26 апартаментов выполнено в стиле модерн, и архитектору удалось настолько тонко почувствовать концепцию застройки исторического центра, что объект выглядит в окружении как по-настоящему старинный дом», — комментируют в пресс-службе компании. А для работы над архитектурой домов коттеджного поселка «Барвиха Хиллс» компания вновь пригласила Эрика ван Эгераата.

Клубный дом Mon Cher (Фотобанк Лори)

Архитектурную концепцию для Barkli Residence (корпорация «Баркли») в районе Шаболовки разработало бюро Robert A.M. Stern Architects под руководством американца Роберта Стерна. «Концепция отсылает одновременно к архитектуре Нью-Йорка и Манхэттена середины прошлого столетия, и сталинским высоткам Москвы, а классический монументальный стиль символизирует высокий статус проекта», — описывает Елена Земцова (Delta estate).

Читайте также  Игра на эмоциях: зачем нужны шоу-румы в новостройках

Barkli Residence (Фотобанк Лори)

Екатерина Румянцева называет еще один премиальный объект — комплекс особняков «Полянка, 44» (район Якиманка) от PSN Group, он спроектирован английским архитектурным бюро John McAslan + Partners, отделкой общественных зон занималось бюро Aedas, а обустройством английского сада – компания Gillespies. Кстати, другая известная работа бюро John McAslan + Partners — проект реновации бывшей фабрики «Большевик» в Беговом районе.

«Полянка, 44»

Среди значимых проектов, отмеченных экспертами: ЖК «Снегири Эко» (компания «Снегири») от архитектурного бюро RMJM Scotland Ltd — нетипичный для мегаполиса проект малоэтажной застройки в районе Кутузовского проспекта, клубный дом «Резиденция Монэ» («Панавто»), где за архитектурную концепцию отвечали специалисты бюро Aukett Swanke.

«Резиденция МОНЭ»

Жилой комплекс «Селигер Сити» (MR Group) спроектирован голландским бюро MLA Plus, архитектура ЖК «1+1» (район Беговой, компания Wainbridge) разработана турецким бюро Metex. Наконец, в разработке архитектуры ЖК «ЗИЛАРТ» (ЛСР) принимает участие знаменитый американский и канадский архитектор Хани Рашид.

От элиты к комфорту

Как видно из приведенного перечня, произошла некая эволюция: начав с элитного сегмента, иностранные зодчие начали осваивать и более демократичные ниши – бизнес- и комфорткласс. Хотя они проектируют жилье для очень богатых людей и сейчас, но диапазон приложения их творческих сил стал гораздо шире — вплоть до конкурсов по проектированию районов, попадающих под реновацию.

Мария Литинецкая, управляющий партнер компании «Метриум», участник партнерской сети CBRE, считает, что яркий пример компании, привлекающей зарубежных специалистов к проектированию комплексов в разных ценовых сегментах — Группа ПСН. Так, проект премиум-класса I’M разработан Дэвидом Уокером – архитектором лондонского Сити, жилой комплекс комфорткласса SREDA спроектирован агентством Ricardo Bofill Taller de Arquitectura, а расположенный за МКАД комплекс «Гринада» – британским бюро AHR.

Кроме ЖК SREDA в рамках комплексного освоения территорий (КОТ) компания ПСН возводит и микрорайон «Домашний», его концепцией занимается голландская компания MLA Plus. Для КОТ очень подходит европейский опыт проектирования целых кварталов. В проекте MLA+ для «Домашнего» «гармонично сочетается малоэтажное жилье с многоэтажными башнями, таким образом, у человека нет ощущения «каменных джунглей», за которое всё чаще ругают районы с однообразными панельными многоэтажками», — комментирует Екатерина Тейн, вице-президент по розничным продажам группы ПСН.

Елена Земцова выделяет жилой квартал ГК Пионер «Life Ботанический сад», его проект разработан совместно с японским бюро NIKKEN SEKKEI. А в Новой Москве ГК А101 реализует ЖК «Испанские кварталы», спроектированный ведущим испанским архитектурным бюро EDDEA.

В Новой Москве в проекте комфорткласса «Медовая долина» разработкой архитектурной концепции занимался главный архитектор голландского бюро KuiperCompagnons Арьен де Грот. В итоге, по оценке Александра Красавина («Баркли»), получился современный среднеэтажный квартал, созданный по аналогии с европейской застройкой.

ЖК «Медовая долина»

Есть и подмосковный пример — концепция ЖК «Wellton Park Новая Сходня» в Солнечногорском районе от компании «КРОСТ» была разработана совместно с голландскими специалистами из бюро DKV Architecten.

Не только архитектура

Довольно часто прославленные зарубежные бюро привлекают не на весь проект, а только на отдельный фронт работ. Это может быть концепция благоустройства, ландшафтный дизайн, оформление входных групп, мест общего пользования (МОП), квартир, проекты лифтов, паркингов, даже архитектурное освещение.

«Скажем, концепцию благоустройства в ЖК Discovery Park в Левобережном районе (MR Group) создают британцы из Gillespies. Отделка входных групп и мест общего пользования в ЖК «Концепт Хаус» (Можайский район, компания «Концепт Инвест») выполнена по проекту американского бюро Studio 41», — приводит примеры Мария Литинецкая

Читайте также  ГК «А101» начинает продажу квартир с меблировкой от IKEA

Приглашение иностранных профи для разработки дизайнерских решений в отделке квартир и МОП особенно часто практикует корпорация «Баркли», продолжает Литинецкая. К примеру, в клубном доме Barkli Virgin House в Зачатьевском переулке дизайном занимался известный британский специалист Келли Хоппен. Интерьеры в ЖК Barkli Park (Мещанский район) разрабатывал культовый французский дизайнер Филипп Старк.

Для проекта Barkli Gallery у Третьяковки корпорация пригласила ведущего дизайнера Aedas Тима Шеперда, который разработал дизайн пентхаусов клубного дома. Звезда дизайнерского мира Марсель Вандерс создал для Barkli Gallery интерьер лобби и коридоров, говорит Александр Красавин.

Barkli Gallery

О цене

Влияет ли имя знаменитого архитектора или дизайнера на цену жилья? Однозначного ответа нет. Если говорить об элитных проектах, то, скорее всего, – да. Жилье дорожает примерно на 20%, если дизайн разработал именитый архитектор, утверждает Александр Красавин.

По данным Екатерины Румянцевой (Kalinka Group), стартовые цены в комплексе Barkli Residence были на уровне 450 тыс. рублей за кв. метр и выше, тогда как в расположенном рядом жилом комплексе кв. метр стоил порядка 200 тыс. рублей. В «Резиденции Монэ», над проектом которой работало бюро Aukett Swanke, стоимость кв. метра была выше на 40% в сравнении с соседним комплексом, также позиционируемым как элитный. «Конечно, эта разница – всегда сочетание факторов, и порой разложить цену на составные части бывает сложно. Но участие архитектурного бренда в ней заметно», — делает вывод эксперт. Цены же в проектах комфорткласса остаются демократичными. Так, в ЖК SREDA цены на квартиры стартуют от 6,8 млн рублей за однокомнатную квартиру площадью 39 кв.м, — дополняет Елена Земцова.

Понятно, что услуги архитекторов стоят денег, и гонорары у иностранцев высокие. Однако, по наблюдениям Марии Литинецкой, архитектурные бюро работают в условиях жесткой конкуренции. Строительство в Европе и США все еще стагнирует, это подталкивает западных архитекторов искать контракты в развивающихся странах. Причем если в 1990-2000-е гг. местные бюро не могли им составить достойной конкуренции, то теперь и российские архитекторы готовы создавать проекты мирового уровня. Поэтому без предложения конкурентной цены на российский рынок не попасть, считает эксперт.

И как единодушно отмечают эксперты, модные имена зодчих оказывают влияние на успех проекта на рынке. Они влияют на имиджевую составляющую проекта, повышая его престиж в глазах клиентов, говорит Анатолий Довгань, директор департамента мониторинга рынка и оценки Savills в России. Это, в свою очередь, может оказывать позитивное влияние на сроки реализации недвижимости.

Сложности: менталитет, бюрократия и санкции

Классические случаи, когда проекты оказывались невоплощенными, больше характерны для начального периода романа с Москвы с заграничными архитекторами. Тогда, как вспоминает Мария Литинецкая, несовершенным было законодательство и практика согласования проектов.

Сейчас вроде как с этим полегче. Но бывает, что авторские идеи могут быть настолько оригинальными, что их сложно интегрировать в существующую историческую застройку, говорит Елена Земцова (Delta estate). Часто застройщикам приходится привлекать отечественных специалистов, чтобы адаптировать идеи зарубежных архитекторов к российским реалиям.

Но, по мнению Александры Чечёткиной, ведущего архитектора, руководителя проектов КБ «Стрелка», при этом у архитекторов нет гарантии, что сделают все точно по его проекту. И многие архитектурные бюро, в частности те, которые имеют отличную репутацию в мировом масштабе, просто не соглашаются работать по такой схеме.

Случается и взаимное недопонимание заказчика и исполнителя. Идеи иностранных бюро, соответствующие западным стандартам, могут неверно восприниматься российскими заказчиками — сказывается различие в менталитете, культуре, эстетическом восприятии, образе жизни, замечает Александр Красавин («Баркли»). Здесь важно четко понимать, что нужно получить в итоге, донести эту идею до архитектора, обсудить все малейшие детали на старте.

Сегодня есть и внешние препятствия для сотрудничества – напряженные международные отношения, ухудшение экономической ситуации, нарастающий вал санкций. «Не всем удается игнорировать политическую обстановку — в профессиональном сообществе есть те, кто не одобряет факт участия своих коллег в российских проектах, — комментирует Александр Красавин. — Это их выбор. Большинство открыты для новых проектов в России».

Читайте также  Стартовали продажи квартир в третьем корпусе ЖК FoRest

По мнению Марии Литинецкой («Метриум»), едва ли санкции серьезно затронут сферу международных услуг, однако постоянное ослабление курса рубля означает автоматическое удорожание работы иностранцев. Если евро и доллар и дальше будут дорожать, проекты иностранных архитекторов, скорее всего, останутся только в элитном и премиальном сегментах.

Чем Москва интересна зарубежным архитекторам

Тем не менее Москва привлекает архитектурных звезд. Прежде всего тем, что это перманентно меняющийся город. Здесь все время что-то строится, реконструируется, перекладывается. «Город в процессе трансформации всегда привлекает внимание архитекторов: Москва сейчас превратилась в огромное поле для архитектурных экспериментов», — говорит Екатерина Тейн (ПСН).

Мария Литинецкая подчеркивает, что Москва интересна своими масштабными площадками, которые освобождаются под строительство в бывших промзонах: «Здесь можно реализовать большие проекты, для которых в плотно застроенных европейских столицах еще нужно поискать место».

Соглашаясь с коллегами, Александра Чечёткина (КБ «Стрелка»), подчеркивает: в Москве огромные территории для благоустройства, а главное – мощная энергия перемен. В последние пять лет иностранные архитекторы ощутили востребованность не просто имен и брендов, а видений, идей, концепций и опыта. Бум заинтересованности в Москве пришелся на момент начала реализации программы «Моя улица». «Ради интеграции в масштабный городской или федеральный проект архитекторы могут пойти на значительные уступки в плане гонораров», — заключает эксперт.

«Архитектурное наследие Москвы просто удивительно, здесь столько великолепных зданий. Для нас это возможность стать причастными к истории этого города», — эти слова Майкла Кларка, архитектора английского бюро Aedas, который создавал Barkli Gallery, приводит Александр Красавин.

Ну а со своей стороны, наши компании от иностранных специалистов ожидают нестандартных решений. «В каждом новом проекте мы стремимся создать нечто неповторимое, поэтому тщательно выбираем архитектора и команду на проект. Во-первых, нам важен опыт работы с соответствующим классом недвижимости — обширное портфолио люксовых проектов. Во-вторых, необычное авторское видение, возможность создать что-то уникальное, чего ещё не было на нашем рынке», — говорит Александр Красавин («Баркли»).

Примерно такими же резонами руководствуется и Сapital Group. О том, почему на проект жилого комплекса, который будет построен на территории Бадаевского пивоваренного завода на набережной Тараса Шевченко, пригласили швейцарское бюро Herzog & de Meuron, рассказывают в компании рассказывают так: «Три ключевые задачи стояли перед нами на этапе разработки проекта: сохранение и модернизация узнаваемого облика Бадаевского завода, сохранение объектов культурного наследия и в то же время – развитие и создание новой среды… Мы долго думали, кто вообще сможет решить такую трехстороннюю задачу. Мы понимали, что нужен архитектор другого уровня мышления. Нам не хотелось привлекать архитектурное бюро с очень знакомым «фирменным стилем», с повторяющейся в проектах идеологией и определенным мышлением».

Резюме

Перспективы дальнейшего сотрудничества эксперты оценивают положительно. Раз уж начали, то остается только продолжать, вроде получается интересно. И тут важно не потерять, по выражению Александры Чечеткиной, «ту живую энергию, которой Москва наполнилась за последние пять лет». А она привлекает даже больше, чем деньги.